Эти ножи выпускают и сегодня: тот же профиль, те же материалы, та же фирма. Речь идёт о модели Russell 4215 от Green River.
Но сначала — история.
В ранние дни Новой Англии томагавки и топоры шли в обмен на бобровые меха. Говорят, одну связку меха давали за один томагавк. В ходу были и ножи — ничем не примечательные, похожие на обычные кухонные. Да они и были кухонными: колонисты не делали различий между ножом для стряпни и ножом для леса (видимо они еще не знали что они бушкрафтеры и нож для кухни должен быть один, а для леса другой) Все эти изделия ввозились из Европы.
В 1834 году американец Джон Рассел задумал собственное производство. Через два года в Гринфилде, штат Массачусетс, заработала фабрика John Russell Manufacturing Company. Позже ножи этой фабрики нарекли «Грин-Ривер». Поначалу покупатели косились — европейское клеймо считалось знаком качества, а американское вызывало недоверие (ой ребята, шо вы знаете про импортозамещение, таки ничего не изменилось) Но Рассел не ударил в грязь лицом. Он делал ножи на совесть, и скоро среди трапперов и горных людей фраза «до Грин-Ривер» стала синонимом превосходства, надёжности и самой высокой пробы (вот тут мнения разошлись, то ли это потому что в кого то воткнули нож до клейма на клинке, то ли просто устойчивое выражение)
Ножи Рассела ждали в лагерях охотников на бизонов, в повозках переселенцев, в вигвамах индейцев. Их упаковывали в деревянные бочонки, грузили на корабли и отправляли в Новый Орлеан. Оттуда — вверх по Миссисипи в Миссури, затем на повозках через Нью-Мексико, а по тропе Санта-Фе — в Калифорнию. Успех был так велик, что европейские оружейники начали подделывать клеймо Green River на своих клинках — лучшего комплимента и не придумать.
Характер и стать
Общая длина ножа — девять дюймов (около двадцати трёх сантиметров). Клинок в пять дюймов (почти тринадцать) — с плоской заточкой, из углеродистой стали C1095. Но главное, что поражает сегодняшнего ценителя бушкрафта: толщина — всего одна шестнадцатая дюйма, то есть полтора миллиметра с небольшим (вот я всегда говорил, что важен не размер, а умение, если вы понимаете о чем я). Вес — чуть больше трёх унций, меньше ста граммов. Рукоять из грецкого ореха, держится на трёх латунных заклёпках.
Отделка простецкая — не в пример современным ножам. Рукоять на первых порах кажется неудобной: ромбовидная насечка и грани «гробовидной» формы непривычно давят в ладонь. Хотелось тотчас взяться за шкурку, но я удержался и год использовал нож как есть. Ни мозолей, ни потёртостей не появилось — дерево само притёрлось к руке, стало глаже. Но легкую шлифовку я всё же сделал потом.
Углеродка — дело тонкое
Точить её легко. За три месяца я правил лезвие всего раз — бруском, а потом сыромятным ремнём. Неудобства углеродистой стали, на мой взгляд, сильно преувеличены. Я не покрывал клинок ни маслом, ни воском, не травил для патины. Просто носил с собой. Весна и лето выдались дождливые — я ходил под проливным дождём, чистил рыбу, резал мясо потом протирал нож тряпицей. Ржавчины нет — только естественная патина.
И ещё: углеродистая сталь высекает искры, если ударить ею по огниву. Значит, имея этот нож, можно добыть огонь без спичек и зажигалок — просто камнем.
Чем он хорош.
Тонкое плоское лезвие рождено для разделки туш — и здесь ему нет равных. Модель 4215 не позиционируется как спецнож для съёмки шкуры, но справляется с этим отлично (в линейке Green River есть и шкуросъёмники). Он хорош и на кухне, и на дереве — режет, стругает, выбирает пазы. Ему подвластны и деликатные работы, и грубая сила вроде батонинга (раскалывание полена обухом). Правда, я сомневаюсь, что трапперы и индейцы использовали для этого нож — скорее, топор или томагавк. Но современному походнику можно.
Нож не подвёл ни разу. Тонкий клинок оказался куда удобнее для резьбы и мелких хозяйственных дел, чем увесистые современные ножи.